Наоборот, все логично. Когда пират уходит с клетки с миссионером, миссионер уже не может настравлять его на путь праведника. Представьте, что пират вышел на закрытую клетку, а там самолет, и что же ему теперь не лететь на голову вражескому пирату? От этого даже самый набожный пират никогда не откажется.
Наоборот, все логично. Когда пират уходит с клетки с миссионером, миссионер уже не может настравлять его на путь праведника. Представьте, что пират вышел на закрытую клетку, а там самолет, и что же ему теперь не лететь на голову вражескому пирату? От этого даже самый набожный пират никогда не откажется.